![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kirill_kinnariВся "трагическая раздвоенность человеческой натуры", всё "бремя страстей", да что там, вся мировая литература с религией вместе — все они выросли из простого биологического факта: что никуда она не денется, выносит и родит. Не сможет не родить.
А родив, вырастит. Тоже без вариантов. Инстинкт.
Поэтому каяться, лить слёзы и писать о заражённости человеческой натуры грехом мы будем после, а прям щас мы, ага, таки сделаем с ней то что ну очень хочется. Не пищи, дура.
Выносит: выбора у неё нет. Как, в некотором смысле, и у нас: мы все дети насильников, потомки тех, у кого потомства бы и не было — или было гораздо меньше — если б не насилие. Поведение, ведущее к репродуктивному успеху, закрепляется. Зараза сидит во всех.
В женщинах, кстати, тоже. Проявляется реже, латентно, но мальчиков заражённых рожают исправно. Передают в следующее поколение.
А хочется-то быть — хорошими. Тоже уже инстинкт, как-никак. Социальность, альтруизм и это всё. Но и плохими перестать быть никак не получается.
Так вот и живём враскорячку. Ноем, самоубиваемся, трагедии сочиняем, порнушку смотрим.
Так всё и идёт.
Точнее, шло. Let that sink in: вот уже лет сто как ключевое звено этой цепочки насилия разорвано. Впервые за миллионы поколений у неё — жертвы насилия — есть выбор. Не захочет — и не выносит, и не зачнёт даже. Потому что контрацепция и аборты. Шах и мат.
(Да, знахарки и "вытравить плод" было и раньше, как и "заспала немилое дитя". Но всё это были крохи. В 99% насильник своё получал. Массово, статистически значимо это поломалось только в 60-е годы: The Pill.)
Удивительно, как мало понимают, что вот он коренной переворот во всей чуть ли не биологии, в человеческой натуре уж точно. Что ничего уже не будет как раньше, как всегда. Истинно новое небо и новая земля.
Насилие больше не работает как репродуктивная стратегия, можете вы это понять?
Насилие мгновенно сделалось атавизмом: тем, что когда-то помогало, а теперь наоборот. Потому что других причин у насилия, кроме половых, просто нет. Не за ресурсы же драться в 21-м веке. Да и раньше-то войны были больше чтоб оплодотворить, а не за территорию. Ну или чтоб не дать чужим оплодотворить твоих, превентивно.
Культура... да, тоже пыталась. Сделать насилие атавизмом. Долго пыталась (с религией на пару). Ни фига не вышло. Потому что сама была заражена насилием, неизлечимо. Кому интересно кино без драк? Библия без геенны и геноцида? Шекспир без "трупы уносят"?
А вот у маленькой разноцветной пилюльки — получилось. Сразу.
Ну да, разумеется, результаты будут заметны ох как не сразу. Поколения за поколениями сменятся, прежде чем новый репродуктивный ландшафт перекроит наши гены. Мельница эволюции мелет медленно.
Но для наделённого разумом то, что 100% будет — оно как бы уже и было. О нём даже и неинтересно. Пройденный этап. Дальше, погнали дальше.
Особенно если этот наделённый — из тех, у кого гены насилия и без того от рождения чахлые. Так вот сложились мутации, combined lineages. Не торкает нас ваше садомазо. И нас не так уж мало.
Мы есть. Уже есть.
А родив, вырастит. Тоже без вариантов. Инстинкт.
Поэтому каяться, лить слёзы и писать о заражённости человеческой натуры грехом мы будем после, а прям щас мы, ага, таки сделаем с ней то что ну очень хочется. Не пищи, дура.
Выносит: выбора у неё нет. Как, в некотором смысле, и у нас: мы все дети насильников, потомки тех, у кого потомства бы и не было — или было гораздо меньше — если б не насилие. Поведение, ведущее к репродуктивному успеху, закрепляется. Зараза сидит во всех.
В женщинах, кстати, тоже. Проявляется реже, латентно, но мальчиков заражённых рожают исправно. Передают в следующее поколение.
А хочется-то быть — хорошими. Тоже уже инстинкт, как-никак. Социальность, альтруизм и это всё. Но и плохими перестать быть никак не получается.
Так вот и живём враскорячку. Ноем, самоубиваемся, трагедии сочиняем, порнушку смотрим.
Так всё и идёт.
Точнее, шло. Let that sink in: вот уже лет сто как ключевое звено этой цепочки насилия разорвано. Впервые за миллионы поколений у неё — жертвы насилия — есть выбор. Не захочет — и не выносит, и не зачнёт даже. Потому что контрацепция и аборты. Шах и мат.
(Да, знахарки и "вытравить плод" было и раньше, как и "заспала немилое дитя". Но всё это были крохи. В 99% насильник своё получал. Массово, статистически значимо это поломалось только в 60-е годы: The Pill.)
Удивительно, как мало понимают, что вот он коренной переворот во всей чуть ли не биологии, в человеческой натуре уж точно. Что ничего уже не будет как раньше, как всегда. Истинно новое небо и новая земля.
Насилие больше не работает как репродуктивная стратегия, можете вы это понять?
Насилие мгновенно сделалось атавизмом: тем, что когда-то помогало, а теперь наоборот. Потому что других причин у насилия, кроме половых, просто нет. Не за ресурсы же драться в 21-м веке. Да и раньше-то войны были больше чтоб оплодотворить, а не за территорию. Ну или чтоб не дать чужим оплодотворить твоих, превентивно.
Культура... да, тоже пыталась. Сделать насилие атавизмом. Долго пыталась (с религией на пару). Ни фига не вышло. Потому что сама была заражена насилием, неизлечимо. Кому интересно кино без драк? Библия без геенны и геноцида? Шекспир без "трупы уносят"?
А вот у маленькой разноцветной пилюльки — получилось. Сразу.
Ну да, разумеется, результаты будут заметны ох как не сразу. Поколения за поколениями сменятся, прежде чем новый репродуктивный ландшафт перекроит наши гены. Мельница эволюции мелет медленно.
Но для наделённого разумом то, что 100% будет — оно как бы уже и было. О нём даже и неинтересно. Пройденный этап. Дальше, погнали дальше.
Особенно если этот наделённый — из тех, у кого гены насилия и без того от рождения чахлые. Так вот сложились мутации, combined lineages. Не торкает нас ваше садомазо. И нас не так уж мало.
Мы есть. Уже есть.
